|
Первая Трансгалактическая
(первый рассказ о любви к партии,
написанный в 21 веке)
Дмитрий Александрович сидел за рабочим столом в своем кабинете
и поглядывал на входную дверь, словно ожидая важных известий.
Кабинет был обычный, обстановка самая немудрящая. Человеку, оказавшемуся
здесь впервые, трудно было поверить, что это не простой офис председателя
горкома, а настоящий кабинет Генерального секретаря Центрального
комитета Трансгалактической партии!
Таков был Дмитрий Александрович. Другой бы давно уже заставил офис
дорогой оргтехникой, провел бы транс-галакси-выделенку, кабельное
бета-видение и поставил бы телепортер, чтобы не тратить время на
поездки. Но Дмитрий Александрович постоянно помнил об избирателях
и о том, что именно они, избиратели, в конечном итоге, и финансируют
выполнение Программы партии.
Для него не было ничего важнее, чем осуществление планов «Трансгалактической»...
Референт вошел без стука.
- Калашников сказал: работает!
Дмитрий Александрович хлопнул широкой ладонью по столу, вздохнул
с облегчением, и, широко улыбнувшись, сказал:
- Эх, молодцы, товарищи ученые! Не подвели меня. Не подвели наш
народ! И партию!
Предчувствуя долгую пресс-конференцию, Дмитрий Александрович достал
из ящика маленькую таблетку кофеконцентрата и, поморщившись, проглотил
ее. И даже не запил водой.
- Господи, Дмитрий Саныч! - ужаснулся референт. - Это же четвертая
за сегодня!
- Во-первых, не "господи", а "первая трансгалактическая".
А во-вторых, я иначе просто засну!.. Гррм... Эх, могли ли мы мечтать
о таком какие-нибудь лет сорок назад?..
Референт посмотрел на Дмитрия Александровича с нескрываемым уважением
- еще бы! Сорок лет казались ему настоящей вечностью, в его-то неполные
двадцать пять.
- Ну, пора! - выдохнул Генеральный и направился к двери своей твердой
походкой.
* * *
В колонном зале собралась вся пресса, а также руководители всех
зарубежных отделений: секретарь отделения в Зимбабве с супругой,
секретарь шведского отделения с двумя женами, датчанин, итальянец...
Секретарь ватиканского комитета дружески обнял начальника химкинского
горкома, и они вместе уселись в первом ряду. Глава объединенного
американского филиала занял скромное приставное место в девятом
ряду.
Партийцы с колонизированных планет тоже прибыли. Их можно было легко
узнать по утомленным лицам и тяжелым грависапогам, которые, как
правило, носят только на борту межпланетных лайнеров. Вот они, "пришельцы"
с Нептуна, Венеры, Марса! Лунная база прибыла почти в полном составе
и занимала теперь целых два ряда в самом конце зала.
Когда вышел Генеральный, журналисты бросились к своей аппаратуре,
а гости пресс-конференции поднялись с мест и в едином порыве начали
аплодировать!
Овация не смолкала несколько минут.
Но вот Дмитрий Александрович поднял руку, и все стихло. Негромко
постучав по оконечному устройству субмикроного усилителя, он коротко
выдохнул и сказал:
- Да, товарищи! Это свершилось!!!
И вновь овация потрясла колонный зал. По связи генсеку успели доложить,
что аплодисменты не ограничиваются одним лишь Кремлем. Красная площадь,
заполненная народом, тоже аплодирует! И люди, стоящие на исторических
обломках ГУМа, и люди на трибуне Могильника аплодируют тоже! Вся
Москва, да что там Москва - вся планета не могла сдержать радостных
чувств!..
За пределы Земли сигнал бета-видения шел с запаздыванием. Но минуты
через полторы радостная весть достигла лунной базы, а потом марсианской
колонии... И даже на орбите Плутона, где не было ни одного члена
партии, новость восприняли с искренней радостью!
Наконец все стихло.
- Да, товарищи. Корабль для трансгалактических перелетов, о необходимости
которого так долго твердили все видные члены нашей партии, наконец,
ПОСТРОЕН. И я с чувством глубокого удовлетворения должен отметить,
что корабль работает исправно, систематически посылая с орбиты сигнал
"о-кей".
Программа нашей партии всегда подкупала своей простотой. Сначала
мы хотели объединить под нашими черно-звездными знаменами все развитые
страны. И мы это сделали. И более того. К нам присоединились страны
поменьше, - тут генеральный непроизвольно взглянул на одиноко сидящего
американца.
- Затем, - сообщил Дмитрий Александрович, - Мы поставили цель: построить
корабли для перелетов внутри солнечной системы и колонизировать
все ближайшие планеты. И мы этого добились. А те планеты, где нельзя
жить, мы все равно колонизировали! Мы создали колонии на их орбитах!
А всего какие-то полвека назад никто не мог даже поверить в саму
возможность этого. Тогда вся ваша пишущая братия, помнится... -
Генеральный обратился к журналистам, сидящим в минигравибоксе, -
наперебой называла нас кучкой шизоидных фанатиков и прожектеров.
Но время расставило все по своим местам. И где теперь мы, а где
- вы?
Минигравибокс, куб, размером с детский кулачок, висел на шпагате
у балкона. В этом кубе были аккредитованы более 120 российских и
зарубежных журналистов. Но несмотря все на неудобство своего положения,
они мастерски справлялись со своей важной работой. Качество прямой
3D-трансляции оставалось невероятно высоким.
- И сегодня, наконец, сбылась наша главная мечта, товарищи! - продолжал
Дмитрий Александрович. - Вся реализация программы партии зависела
только от этого - полетит или не полетит. Будет или не будет работать
гравиконцентратный двигатель. И вот наш гениальный ученый, член
Трансгалактической партии с 2017 года, профессор Калашников, наконец,
завершил полный комплекс испытаний. И наш корабль теперь готов к
дальнему перелету! Альфа Лебедя ждет!
И тут овации разразились с новой силой. Но Дмитрий Александрович,
бессменный генеральный секретарь Первой трансгалактической партии,
наклонился поближе к субмикрофону и прокричал:
- Слава трансгалактическим ученым - лучшим ученым среди всех галактик!
Ура, товарищи!
- Ура-а-а-а-а-а! - и этот крик подхватили миллиарды людей от Кремля
до самых окраин Солнечной системы.
* * *
- Вы не устали, Дмитрий Александрович? - спросил Кутин, заглядывая
в дверь кабинета.
- Нет, Владимир Владимирович, проходи, не стесняйся.
- Я не один. Мы тут всем Политбюро.
- А то я не знал. Проходите. Все равно я вас собирался созвать на
совещание...
Голограммы членов Политбюро входили по одному и занимали положенные
места за виртуальным конференц-столом. За «тенями» вошел и «живой»
референт. В руках у него была запылившаяся бутылка.
- Это что? - спросил Генеральный.
- Это от нас всех. Подарок. Саша, поднесите Дмитрий
Александровичу поближе. Только осторожней, это раритет.
Референт, стараясь не дышать, поднес пожелтевшую этикетку почти
к самым глазам своего начальника.
- Что это? Неужели "Балтика-3"? Да ведь их почти не осталось,
разве что в частных коллекциях, у зарубежных товарищей!!! Ну, угодили,
ребята! Ай, спасибо! Так и расцеловал бы, жаль, вы все виртуальные...
Дмитрий Александрович поставил бутылку на стол. Рука потянулась
за открывалкой. Но долг был превыше всего, и Генеральный резким
движением убрал раритет в верхний ящик стола.
- За подарок - спасибо. Но сейчас, товарищи, к делу. Что у нас на
повестке дня?
- Первым пунктом - заявления с Плутона. Вторым пунктом – подготовка
напутствия экспедиции, - быстро сказал Кутин.
- Опять вы недоработали, Владимир Владимирович. Все функции по регламенту
- только на вас, вы должны чувствовать свою ответственность! Вы
упустили самое главное...
Члены Политбюро замерли.
- Вы забыли! А я... Я уже два месяца на этом чертовом кофеконцентрате
сижу. Я не сплю ночами. Моя жена забыла, как я выгляжу. А вы! Вы
наплевали на свои прямые обязанности! Товарищи! У нас же ПРОГРАММА
ПАРТИИ ВЫПОЛНЕНА! И теперь нам нужно или распустить партию, или
писать новую программу... Срочно…
Кутин пристыженно молчал.
- Ладно, давай пока по текущей повестке. Плутон... Что там с Плутоном?..
А напутствие команде я, кстати, уже вкратце набросал... Так что
там с Плутоном?
- С Плутона пришел спэйс-мэйл... Только что... Они все поголовно
хотят вступить в нашу партию... - сообщил Кутин.
- А какого черта они из нее выходили? Не поленились прилететь, партбилет
на стол положить? - поинтересовался моложавый Николай Борисович
Бельцин.
- А вы как думаете? Они там в своей жестянке болтаются чуть ли не
с самого рождения. Чем им еще там заняться, на орбите? - пошутил
Генеральный.
- Так может не принимать их в члены, обойдутся? - спросил Кутин.
- Нет, - твердо сказал Дмитрий Александрович. – Принять их мы обязаны.
Это все-таки партия, а не хрен собачий. Мы должны расширяться.
- Да они опять возьмут да съедят наши партбилеты. Или что они там
с ними делают?
- Мы не можем не принять плутонцев в партию, - Дмитрий Александрович
никогда не отступал от своего слова. - Так что отправьте товарищам
наше одобрение. Сегодня же.
- Но... Прошу прощения... А может быть... - посыпались реплики.
- Еще одно "но", и вы поедете на Плутон сами. Да-да, все
политбюро, в полном составе. Будете инструктировать новых членов
партии лично. А то у нас партийное почтовое судно простаивает...
Все притихли. Никому не хотелось лететь на Плутон. Да еще так, чтобы
всю дорогу трястись в раздолбанной почтовой колымаге тридцать восьмого
года.
- Не отправляйте нас на Плутон, там же холодно!
- Партия позаботилась и об этом... – сказал Генеральный строго.
- Вы полетите в солнечную погоду.
Товарищи из Политбюро рассмеялись – это была местная шутка.
- Так. А теперь к делу. Партбилеты им пока все-таки лучше не высылать.
Заявления одобрить, поблагодарить товарищей от моего имени, письменно...
Только... – Дмитрий Александрович криво усмехнулся, - Не посылайте
им ответа спэйс-мэйлом. Пошлите обычной почтой. Может, они тем временем
передумают. Я прекрасно понимаю, что у нас кризис с партбилетами.
Бумаги, кожи и клея давно не производят, один только этот пластик
чертов... Ну да ладно, что-нибудь придумаем!
Что касается напутствия… Я уже послал вам текст спейс-мэйлом. Дома
посмотрите, у кого какие будут замечания. А если никаких замечаний
не будет - просто подпишите своим ключом, да и дело с концом. Я
это зачитаю на церемонии прощания. И на завтра я назначаю экстренное
заседание по разработке дальнейшей программы партии. И думайте,
думайте, товарищи, что там будет в этой новой программе. А пока
- все свободны!
Голографические тени начали таять.
Но Генеральный смотрел на них словно сквозь пелену.
Референт спросил, сглатывая слюну:
- Простите, вам принести открывалку?
- Что-что? - переспросил Дмитрий Александрович.
- Открывалку для "Балтики" принести?
- Да, будь любезен, Сашенька, принеси.
Референт вышел в буфетную, а Дмитрий Александрович схватился за
бахрому трансгалактического флага, и стал беспокойно ее теребить.
- Эх, если бы все дело было только в программе партии, - произнес
он. - А если возле этой альфы Лебедя найдется разумная жизнь? Или,
того хуже, какое-нибудь представительство какой-нибудь там Галактической
конфедерации? Вряд ли они вот так с бухты-барахты захотят к нам
присоединиться... В лучшем случае, корабль сожгут. А в худшем –
завоюют нас к чертовой матери...
Генеральный подошел к окну, и окинул взглядом древний город.
- Вот так-то... А вы мне говорите - "программа партии"...
- Что вы сказали, простите? - поинтересовался вернувшийся референт.
- Нет, ничего, - ответил Дмитрий Александрович. - Принес открывашку?
- Да.
- Тогда доставай стаканы и садись. Ты ведь такого пива и не пробовал
никогда!
|
|
